Найдено 36 экскурсий по Ольхону и окрестностям на сентябрь–октябрь 2026 года. Цены от 1500 рублей.
«На Хобое не бывал, считай, Ольхона не видал», — так утверждают старожилы. Самый северный мыс острова — место с особой энергетикой. По преданию, здесь обрёл силу первый бурятский шаман. Название Хобой с бурятского переводится как «клык» — его отвесные скалы, словно острые зубы, вонзаются в безбрежную синеву Байкала.
Скала Шаманка, расположенная в 2 км от Хужира, включена в число девяти главных святынь Азии. По свидетельству русского учёного, геолога и писателя В. А. Обручева, который занимался исследованием Восточной Сибири, буряты всегда испытывали к Шаманке суеверный страх, проезжали мимо неё только верхом, а женщинам вообще запрещалось подходить к святыне.
Остров Огой никогда не был обитаемым, в переводе с бурятского его название переводится как «безводный». Он расположен в Малом море на расстоянии 1 км к востоку от Ольхона, вытянут с юга на север на 2,9 км, а в ширину составляет 600 м. Популярность среди туристов Огой приобрёл в 2005 году, когда на нём появилась белоснежная Ступа Просветления.
В переводе с бурятского языка название мыса Саган-Хушун переводится как «Белый мыс». В народе его называют «Три брата». Понять оба названия можно, только увидев это место с воды, — из глубин озера вырастают три мощные, ослепительно белые скалы. Мраморные породы, из которых сложены утёсы, ослепительно блестят в солнечных лучах.
Скала Любви венчает мыс Шунтэ-Левый. С определённого ракурса она напоминает сердце, но чаще в двух округлых вершинах скалы видят расставленные колени рожающей женщины. Издавна повелось, что к скале приходили супружеские пары, мечтающие о детях. Они ставили на мысе юрту и проводили в ней ночь любви, чтобы гарантированно зачать крепкое потомство.
Хужир — столица Ольхона и Мекка для туристов, желающих увидеть сакральный Байкал. Посёлок основан в 1938 году для рабочих Маломорского рыбзавода. В конце 1990-х предприятие закрылось, рабочие разъехались в поисках лучшей доли. Теперь о рыбном промысле напоминают лишь ржавые сейнеры на берегу Малого моря. Сегодня посёлок вновь полон жизни.